Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: рецензии (спектакли) (список заголовков)
01:21 

Как я стал...

Когда-нибудь, в серую краску уставясь взглядом, ты узнаешь себя, и серую краску рядом. Вася Обломов
Посмотрела недавно спектакль "Как я стал..." в рамках проекта "Double Пулинович", дубль означает, что поставлено два спектакля по пьесам современного драматурга Ярославы Пулинович (молодая совсем девчонка, на три года младше меня), они идут у нас в Театре Драмы с начала этого года. Один из них - "Как я стал...". Я понимаю желание Огарева привнести в провинциальный театр современные веяния. В столице нынче рулит так называемая современная драма - молодые драматурги пишут пьесы о современной жизни, острые, новаторские, не гнушаясь использовать матершину. Пулинович как раз одна из таких вот молодых да ранних авторов. Признаться, идя на спектакль, ожидала всего, чего угодно, вспоминая с содроганием "Гамлета" в постановке Огарева. Но увидела не совсем то, что ожидала. Мне неожиданно очень понравилась новаторская постановка спектакля. В "Гамлете" все режиссерские приемы были какими-то бессмысленными, а вот в "Как я стал..." очень удачно подобрано музыкальное сопровождение, использование хореографии, видео фрагментов, и это не разрушает спектакль и не мешает восприятию сюжета. Хотя, честно, глядя на постановки Огарева, думается, что ему стоило бы заняться кинорежиссурой, а не театральной - он явно тяготеет к яркой визуализации, ставя её чуть ли не выше смыслового содержания спектакля. Это может быть приемлимо в кино, но, на мой взгляд, это совершенно не приемлимо для театра, где все строится на живом контакте зрителя с актером, а потому главенствовать все-таки должно смысловое содержание. Я, впрочем, не ярый театрал, поэтому вышесказанное совершенно ИМХО. Понравились мне очень и актерские работы. Я купила программку - она сразу на два спектакля идет, но там что-то почеркано (менялся актерский состав, в виду массовых увольнений из театра, я об этом уже писала) и ручкой написано на темном фоне, поэтому плохо видно, и могу ошибиться. С главной ролью все ясно - там один актер - Арсений Фогелев. Я его запомнила по спектаклю "Остров", замечательный спектакль, весной его пересматривала. Фогелев там играет роль Рыжего, не однозначного, скорее отрицательного персонажа. В "Как я стал..." он открылся несколько с другой стороны, но то, как он тянет главную роль еще раз доказывает, насколько хорош актер. Мне он нравится и чисто внешне, обаятельный, он немного напоминает лицом интеллигентного Эдварда Нортона. Машу играла, если я правильно поняла, Ольга Вавилова, а Майю - Евгения Белова. Совершенно разные образы, и очень понравились они обе. Но больше всех понравилась Инна Станевич, в роли бывшей актрисы, мамы Маши. Сыграла очень колоритно, а уж как материлась, просто заглядение (глуп тот, кто считает, что материться на сцене легко, чтобы это естественно звучало, нужно большое мастерство, не даром заслуженная артистка РФ). Поэтому еще раз удивилась - столько актеров ушло, а оставшиеся вот не подводят, молодцы. К сожалению, не понравилось содержание, т.е. сама пьеса - текст очень слабый. И никакие режиссерские и актерские ухищрения не смогли этого изменить. История эта простая, как два пальца, и подобных сюжетов я видела в кино и читала множество. Конфликта в этой пьесе по большому счету вообще нет. Не знаю, что побудило режиссера поставить такую слабую вещь, разве что желание поддержать начинающего автора или сделать первую постановку по новой вещи (эти пьесы на сцене еще никто не ставил). Полтора часа из двух (спектакль идет без антракта) я откровенно мучилась и пару раз смотрела на часы, в последние пол часа действие наконец-то хоть как-то оживилось, концовка была довольно эффектной, но пересматривать этот спектакль я бы не стала. Что интересно, история эта мне показалась совершенно несовременной, она напоминает типичную совковскую пьесу, разве что мат добавили, зачем, честно говоря, вообще непонятно. Да и образов сейчас таких, как Маша, мне кажется, уже нет. Многие герои пьесы типичны именно для советского времени. Как такое могла 26летняя девчонка написать и зачем, я не знаю.

Не люблю спойлерить, но в доказательство своих слов перескажу сюжет (кто не хочет, не читайте):
читать дальше
Конфликта здесь, на мой взгляд, нет. Хуже всех поступила на самом деле Маша - она стала навязывать Саше решение быть вместе, которое он сам ни разу и не озвучивал, не удосужившись поинтересоваться его мнением. Она, конечно, говорила "ты мне ничего не должен", но кто же будет воспринимать эти слова всерьез. Потом она чуть ли не силой всучила ему свои деньги, якобы желая укрепиться в чувстве доверия. Какой нормальный человек, имея на руках много денег, которые ему дали с таким воодушевлением, не захочет их потратить? Маша сама виновата в сложившейся ситуации - по сути она использовала Сашу, чтобы уйти от мужа, которого просто она никогда не любила. Её мама же с самого начала была обречена - люди, склонные к бухлу и суициду, к сожалению, рано или поздно этим суицидом и заканчивают. Маша аргументировала невозможность быть с мамой тем, что она с мужем. Ну, так она развелась, но за мамой все же недоглядела. Я не считаю, что виноватым в смерти её мамы был Саша. Саша поступил некрасиво - он дал людям надежду, а потом их бросил. Но, с другой стороны, он ведь сам ничего не обещал. Да, он не взял на себя ответственности за то, что один раз переспал с Машей, и за то, что он наплел её маме. А что, должен был? До конца дней жить с Машей и её мамой? Не знаю, не вижу я здесь никакой трагедии. Банальное малодушие. Но а с чего нужно требовать от каждого человека великодушия? Если уж на то пошло, проявление великодушия к себе еще нужно заслужить. Далеко не каждый человек захочет быть с тобой по доброте душевной. Далеко не каждый человек захочет ответить на твои чувства взаимностью. И если ты включишь мозг и проанализируешь поведение этого человека, то ты поймешь, что тебе никогда ничего и не обещали, а ты все сама захотела, и выдумала. Возможно, автор писала пьесу еще в таком возрасте, когда такие житейские вещи не совсем понятны и человек еще верит в какие-то высокие принципы и идеалы. Подростковый идеализм. Пьеса "Как я стал...", может быть, затронет не искушенную молодежь, которой было много в зале, и которая почему-то ржала и охала каждый раз, когда звучал мат из уст мамы-актрисы (мата, что ли, не слышали никогда?), но вряд ли люди более зрелые проникнутся этой простенькой историей. Впрочем, после "Гамлета" "Как я стал..." - это уже явный прогресс. Если бы Огарева не погнали из театра, глядишь, очередной спектакль был бы уже вполне заслуживающим просмотра.

@темы: рецензии (спектакли)

10:48 

Вечный спор

Когда-нибудь, в серую краску уставясь взглядом, ты узнаешь себя, и серую краску рядом. Вася Обломов
Вчера ходила в "Молодежный театр" на спектакль "Вечный спор". Приятно, что в нашей "Молодежке" (в отличии от театра Драмы, где так и нет глав. режиссера, как я понимаю) все налаживается - с осени там новый главный режиссер - Лина Занозина, которая приехала к нам из Хабаровска. За один сезон она успела поставить целых три спектакля: первый - "Жестокая игра", вышел в ноябре, второй - "Вечный спор", была премьера в марте, третий выйдет в мае. Занозина говорит в интервью, что отношения с труппой складываются, и что актеры очень хотят работать и делать что-то новое. Приятно, что после всех раздоров и отказа от работы с Малявиной, в театре начинается новая активная творческая деятельность.
На "Вечный спор" шла с большим сомнением. В "Драме" в прошлом году смотрела спектакль, тоже пластический, с танцами - "Тринадцать разгневанных женщин". Я стала четырнадцатой, т.е. ужасно не понравился спектакль. Боялась, что увижу нечто подобное, ведь не знала еще, что за режиссер и как она работает. Вопреки ожиданиям, "Вечный спор" оставил приятное впечатление. Спектакль состоит из множества номеров - танцевальных, песенных, стихотворных, а также сценок со словами и без слов. Все они объединены общей темой - вечный спор между мужчиной и женщиной. Очень понравилось цветовое решение - и декорации, и одежда актеров вся в черно-белом цвете, с редким появлением красного - красный цветок, красный шарф, красный напиток, красное ожерелье. Очень стильно.
Спектакль начинается с появления молодой пары, которые любят друг друга, но вдруг поссорились (это было показано без слов) и разошлись в разные концы сцены. Сама сцена, положение которой, как известно, в "Молодежке" меняется в каждом спектакле, в этот раз сделана "в длину", т.е. по более длинной стороне зала. И это не случайно. На сцене появляются пять пар, которые насколько раз в течении спектакля танцуют танец параллельно, каждая - на своем участке сцены. Поэтому сцена растянута, чтобы на ней смогли расположиться все участники спектакля. Молодые люди, которые расходятся по разным углам в начале спектакля, наблюдают за его действием, словно переживая все моменты этого вечного спора, и завершая спектакль, непосредственно сами отыгрывают только последнюю, но самую лучшую и проникновенную сцену. Постановка немного напомнила мне "Письма любви", где тоже спектакль построен на диалоге мужчины и женщины, но в том случае - диалог эпистолярный, а здесь - в реальном времени.
Каждая из пяти пар актеров отыгрывает свои партии. Есть пара, которая только танцует. Мне очень понравилась постановка их танца - со шпагами, потом с цветами. Этот танец имеет начало, потом как бы продолжается по ходу действия, причем доминирующие роли все время меняются. Еще одна пара показывала песенные номера в сочетании с пластикой. Мне очень понравилось, как пела актриса, боюсь ошибиться, но, по-моему, это была Юлия Макарова. Ей даже в конце цветы подарили, действительно, она замечательно играла. Очень понравилась пара Анатолий Дробязко - Светлана Кухарь, которые разыгрывали сценки взаимоотношений разных пар. Мне кажется, это были произведения Шиллера и Моэма, где мужчина признавался женщине в любви, а она не верила, где супруги исступленно ссорились из-за того, является ли улитка и черепеха одним видом животного, и замечательная сценка Кухарь с Людмилой Дорошевой про двух вдов, почившие мужья которых дрались вместе на дуэли, а дамы так этого и не поняли, одна считала, что муж умер от простуды, потому что не надел шарф, вторая - что от несварения желудка, потому что утром не позавтракал. Алексей Алексеев, один из самых эффектных актеров театра, был в паре с Дорошевой. Мне понравилась его песня, которую он исполнил ей, сам аккомпанируя себе на гитаре, про фарфоровую статуэтку. Очень впечатлил танец с масками: в одном конце зала танцевал мужчина (Алексеев) без маски в окружении пяти женщин с масками на лицах, в другом конце зала последовательно исполнялся аналогичный номер с женщиной и пятью мужчинами в масках вокруг неё. Эти бедные мужчина и женщина, поначалу охваченные вниманием масок, в конце танца уже отбивались от них, но были поглощены, и тоже надели маски.
Последняя сцена, которую условно можно назвать "давай поиграем" (к сожалению, не знаю, из какого она была произведения), исполненная молодыми людьми, примирила мужчин и женщин. Зритель в конце понимает, что какими бы разными мы ни были и через какие бы споры мы не проходили, мы все равно проживаем жизнь вместе - и это прекрасно.
После окончания спектакля мы хлопали стоя - все были под впечатлением. Очень приятно, что актерам подарили цветы. Самые яркие роли в "Вечном споре" были отведены женщинам (не зря премьеру приурочили к 8 марта), к сожалению, на всех цветов не хватило.
Так что приятно было увидеть, что и актеры на подъеме, и Занозина показала себя как отличный режиссер-постановщик. Так держать, "Молодежка".
В конце выкладываю стихотворение Ольги Аничковой, которое в спектакле замечательно прочла Людмила Дорошева. Я не большой любитель поэзии, но оно мне так понравилось, что сразу по приходу домой отыскала его в интернете:

Ты мне, мой грубый, больше не указ

Ты мне, мой грубый, больше не указ.
Ты мне не интерес. Ты больше мне не сердце.
И твой надменно-окулярный глаз
Мне не приятнее, чем черный шарик перца.
Я больше не люблю твой запах, вкус и цвет,
И аккуратный лоб, и скомканные речи.
Ты мне недоплатил. Ты мой недовалет.
Я твой неадвокат. И скучен повод встречи.
И больше верным псом на свист не побегу,
Не буду охранять тебя всю ночь у двери.
Я без тебя легко. Я без тебя могу.
Ты, знаю наперед, ответишь :"Не уверен".
Ты мне, мой прошлый, больше не восторг.
Не бег,не радость, даже не досада.
Не воздух и не друг. Не дом и не острог.
И мне тебя не жаль. И мне тебя не надо.
Мне только жаль что так, легко и без следов,
Проходят все мои безумства и повадки.
Каких-то пара лет, и трио важных слов
Такой же атавизм, как книжные закладки.
Износ касаний, смеха, блеска глаз...
Перпетуум мобиле не выдуман. Ужасно.
Ты мне, мой грубый, больше не указ.
Я больше не играю, мой прекрасный.
Ольга Аничкова

@темы: рецензии (спектакли)

10:08 

К нам приехал "Ревизор"

Когда-нибудь, в серую краску уставясь взглядом, ты узнаешь себя, и серую краску рядом. Вася Обломов
После спектакля "Ревизор" две кубаночки на селе обсуждают увиденное.

Хавронья: Здоровеньки булы, Патрикеевна, Христос Воскресе!
Патрикеевна: Воистину, Хавронья! Да только уж неделя минула с Пасхи-то, ты, видать, нынче совсем плоха стала!
Х: Твоя правда, кума. Как вчерась сходила на спектаклю драмтеатра городского "Ревизор", так до сих пор умом отойти не могу. Все черти красные мерещатся, да так и прыгают в лицо, да глазья так и таращат. Уж и компресс водочный на лоб наклала, и банки ставила, и настойку боярышника пила - ниче не помогает.
П: Да что ж за спектакля такая, кума? Расскажи, авось, полегчает.
Х: Ой, да не приведи Господь тебе, Патрикеевна, на ту спектаклю попасть. Ежели кто из молодых твоих соберется, так ты уж их просвети. А уж деток-то не вздумайте вести туда, даже соседских, упаси вас Бог!
П: Да давай рассказывай ужо, эк туману-то напустила. Спектакля-то столичная али наша?
Х: Ну играют-то наши актеры, местные, а режиссер-то столичный, Александр Горбань звать.
П: Ну, Горбань, он и есть Горбань. Про что спектакля-то? Я Гоголя читала-то в детстве, "Ревизора", так книжка-то нормальная была, не така бесовщина, как тебе мерещится, али ты что напутала, кума?
Х: Ниче я не напутала, гоголевский это "Ревизор", по книжке, верно, да только, кума, так они всю енту книжку изобразили, что хоть стой, хоть падай. Срамота, да и только!
П: Ну, не тяни, рассказывай, давай!
Х: Ты сюжет-то, старая, помнишь?
П: Чаго?
Х: Про что книжка-то, "Ревизор", помнишь?
П: Да помню, конечно, склероз ще не совсем меня одолел! Там в городок захолустный, ну, типа нашего, как, бишь его, а вспомнила - Эн, называется, ох, и чудово название, да у нас на Руси всякие бывают! Значит, в этот городок Эн приезжает из столицы, тогда, значит, из Питера, ревизор, проверять все их житье-бытье. А все чинуши там, ну как у нас, прям, кума - в одной связке, а главный там у них городничий, ох, и ряху отъел, на взятках-то, да поборах с честных людей. И вот, значит, все они трясутся, да тумкают - кто ж этот ревизор. И приняли они за ревизора чинушу из Петербурга, Хлестакова, как щас помню. Чинуша-то этот - плюнь, да разотри, должность мелкая, еще и в карты проигрался до белья, едет себе домой в Саратов, да деньги-то все свои профукал, вот и не знает, как быть. А эти, дурачье, за ревизора-то его и приняли, да как стали ублажать, да кормили-поили, да взятки-то ему давали, да городничий-то ему и жену свою, и дочку подсовывал. А тот-то, Хлестаков, дурак, да по сравнению с ними еще и ничго малый, просек, что к чему, да и ну врать, что он в столице важный человек, да жрать, да пить, да деньги брать со всех, да за дочкой городничего волочиться. С дочкой-то они даже обручились, да он и съехал, говорит, мне надо на денек-другой, а потом и ворочусь, да так и с концами. Потом-то поняли, дурни, что не ревизор-то это был, письмо перехватили, распечатали, да за головы и схватились. А тут и настоящий ревизор подоспел, вот и закончилась медовая ихняя жисть. Да так им, падлюкам, и надо! Хорошая книжка, что Гоголь-то написал!
Х: Да ты, кума, молодец, книжку прям лучше меня помнишь! Вот теперь представь, как они все одеты-то были по книжке?
П: Ну, известно-то как - по-ихнему, тогдашнему. Мужики-то, кто простой люд, в рубахах, да лаптях, а чинуши-то в мундирах, да в пальто, а по светскому-то в костюмах, да штиблетах. Ну, а бабы в платьях, да платках, что попроще - в сарафанах, что познатнее - в красивых, бальных, якись.
Х: Верно. А в спектакле-то как они одеты, кума, уж стыд и срам! Поначалу-то они вообще в исподнем. Мужики еще ничего, хотя у одного, который, как Пушкин выглядел, вся грудь наружу. Ну, мужику, положем, оно ще как-то простительно, хотя и неприятно смотреть. А бабы-то - в ночнушках. Сиськи, да жопы им накладные приделали, так, шоб торчало и спереди, и сзади!
П: Ох, срам-то какой!
Х: Да. И щеки краской намалевали. Да то ще не срам! Там половина мужиков была в фашистских нарядах.
П: Да ты что, кума! Акстись!
Х: Ну, фашистских, не фашистских, а видно было, что немчура - сапоги, да кресты там всякие. А один так вообще, истинный ариец, все "смирно" делал, да "я-я" говорил. А потом шлем снял, а у него под ним космы длинные, да белесые, прям как у Штирлица!
П: Чего говорил?
Х: Ну, "я-я" - это значит "да-да" по-немецки, эх, книжку-то знаешь, да в общем развитии темна ты, кума.
П: Да ты не отвлекайся, дальше-то рассказывай!
Х: Ну вот, бегают они, значит, в этих клоунских нарядах все по сцене. Была их там куча, человек двадцать - вот актерам-то хорошо, небось, весь театр поучаствовал, никого не забыли. Бегают, да тараторят-то быстро-быстро. Уж я, кума, сидела-то на десятом ряду, так и то половину разобрать не могла, а уж там детки на балконе сидели, школяры, так те, небось, и вовсе ниче не видели и не слышали. Ну это, кума, знаешь, оно и хорошо вышло. Деткам-то такую срамоту смотреть уж точно негоже. А еще, знаешь, говорят-говорят, а потом музыка как ударит, и все плясать начинают, ни с того, ни с сего. Да музыка-то ладно бы наша, русская, а то все какая-то заграничная, поют не по-нашему, и к чему оно, Бог его знает! А актеры-то, как беси, по сцене скачут, да рожи строят, да на закорках друг друга катают. Да еще дырки просверлили в полу, и оттуда прям как суфлеры, головы высовывают. А один вообще в ложе сидел, сбоку. Зрителей оттуда, видно, посгоняли, да его посадили, и все оттуда он гутарил. А во втором акте так и водочки уж себе наливал, вот люди-то!
П: Ну, а сцена-то как, богата была? Как их там звать, что на сцене-то стоит?
Х: Это, Патрикеевна, зовется декорацья, прости Господи, сколько слов-то мудреных напридумано на свете. Ох, Патрикеевна, то вообще - ни сказать, ни описать. В книжке-то там все в домах происходит, ну какие там у них дома, старинные, ну, типа наших, только утварь побогаче. А на сцене-то, прости Господи, табуреток одних понакидали, да вперед сраму понатыкали - полушария какие-то, то ли кочки, то ли говна куски, ужо и не знаю. А еще там у них труба по сцене ездила.
П: Яка труба?
Х: Да хрен её знает, кума. Стоячая такая, как ухо, а внутри красная, как кровь. Хлестаков еще в неё садился. Я смекнула, може нужник такой современный придумали - выезжает прям на сцену, чтобы актерам сподручнее было. Спектакля-то долго идет, три часа, а с антрактом все три с половиной без малого, а им и со сцены, бедным, не отлучится. Вот и придумали конструкцию.
П: Да, хитро. Экие в столице умельцы.
Х: Умельцы то, умельцы, но уж как она страшнюча, как повернется своим зевом, так хоть на месте помирай, хорошо, сидела не близко, хоть запаха не чуяла, а первым то рядам каково! Но страшнее всего была бандура на всю сцену - до потолка она высотой, серого цвета, и крутится она, и спереди на ней мудреный рисунок какой-то, ужо и не знаю, кума, такое и в страшном сне не приснится - глаза, да ноги, да якись плавни, да всякие узоры. А сзади бандура эта черная и на ней хрень языческая намалевана - символы там всякие.
П: Это что ж такое?
Х: Ну каляки такие, типа букв, только ненашенские, египетские, кажись.
П: А причем тут Египет-то?
Х: Да не знаю я, причем, кума. Може, режиссер туда отдыхать ездил, уж больно ему этот Египет нравится, видать. Уж там и каляки эти, и птица египетская из этой бандуры вылазила, а в конце актеры все переоделись, как фараоны, да Клеопатры, и так на сцену-то и вышли. А Хлестаков, тот и вовсе по залу гулял с собачьей-то головой, прости Господи.
П: Экая дурь!
Х: Это ты, Патрикеевна, говоришь - дурь, а в столице то называется - "креатив", то, значится, модно и со смыслом.
П: Да какой же смысл, в собачьей-то голове вместо ряхи?
Х: Уж я неученая, кума, не мне эти смыслы разгадывать. Да только напугалась я всех этих собачьих голов, да бесовских плясок. Я ж еще сидела на проходе, а актеры все, не как положено, позади сцены, а все через эти проходы ходили. И он как пройдет мимо меня, зараза, с этой собачьею головой, да в темноте, да не один раз ходил - ох, страху-то я натерпелась!
П: Ну, а как там с любовью-то, кума? Сраму-то много было?
Х: Ох, кума, было, врать не стану. Мы ж, помнишь, на "Гамлета"-то ходили в прошлом годе?
П: Как не помнить? Он же там, Гамлет-то, голым по сцене хаживал, мудями сверкал. Что, неужто и в "Ревизоре" обнаженка?
Х: Да, слава те Господи, до мудей-то не дошло, но и там отличились. Хлестаков-то, как стал завираться городничему, ну, выпивши был, сама понимаешь, так на эту бандуру страшнючую, на самый верх её залез. И оттуда гутарит, да руками размахивает, а остальные, значит, внизу пляшут. Уж я испугалась - не сверзился бы он, ведь выпивши был. А он, вот те крест, не брешу, стриптиз изображать стал!
П: Чего?
Х: Экая ты, кума, не развитая. Стриптиз - это значит, когда баба али мужик под веселую музыку одежду с себя начинает сымать, дабы своего мужа или жинку порадовать. Чтоли никогда не исполняла своему-то?
П: Да акстись, кума, я и слова-то такого не слыхала! Это ты у нас в городе понабралась всякого. Так и че, много он разоблачился? До трусов?
Х: Ну, верхнее все снял, а под низом у него был такой костюм купальный, как у моего деда, облегающий. И он, значится, одежду-то вниз покидал, и в этом исподнем-то и выплясывал.
П: Ох, срамота!
Х: Да, парень-то он лицом вроде симпатишный, да уж больно худ был, видать, зарабатывает мало - есть нечего, и показать-то ему нечего, так что стриптиз - не стриптиз, а получился один смех. Но то, кума, ще не все. Там в конце спектакли Чацкий вдруг появился.
П: Чацкий - это ж из другой оперы, как её, "Горе от ума".
Х: Точно, он сам так и сказал. Я, говорит, Чайкий из "Горе от ума" Грибоедова. А городничий ему руку пожал и говорит, "а я - городничий из "Ревизора" Гоголя". А вам говорит, надо выйти из театра на улицу Красную, да повернуть налево, да до конца идти, где здание с колоннами, вот там судьи-то наши и сидят, а вам надо рядом в библиотеку имени Пушкина зайти. Я так удивилась, кума, вот, думаю, ихний-то город Эн уж больно на наш-то городок похож. У нас ведь тоже улица Красная, да если в конец пройти, там и суд и пушкинская библиотека, вот совпадение-то, чудно!
П: Да спектакля-то чудная, я смотрю, кума, уж как гарно, что я не пошла, вот ведь Бог отвел! Так он пошел?
Х: Кто пошел?
П: Ну, Чацкий-то! Пошел, куда послали?
Х: Да пойти-то он пошел, да дошел ли до библиотеки, уж я того не знаю, не следила, я ж то на спектакле осталась, досматривать.
П: Ну и чем там дело кончилось?
Х: А кончилось, ты не поверишь! Такая, видать, была срамота, что сообщили, видать, в антракте, куда следует, и наш президент им позвонил!
П: Да ты брешишь!
Х: Да вот те крест! Они ж к концу спектакли все перепили - там столько бутылей пустых из-под самогона на сцене валялось - да на пол то все и полегли, и лыко уж у городничего не вяжет. И вдруг, голос президента нашего как раздается - я, мол, вам послал ревизора, так он уже приехал и будьте добры, пожалте к нему в гостиницу на допрос. Они так все и опупели. Да как пошли плясать. Песни в конце, правда, хорошие были, все почти русские. "Кострома, Кострома, государыня моя" - гарна песня, да плясали-то под неё как гарно. Да потом песня пошла грустная - "Гори, гори, моя звезда". И что-то там у них с декорацьей случилось - поехала на них бандура эта, будто задавить хотела, и свет красный сзади полился. Вот ужас то!
П: Креатив.
Х: Молодец, Патрикеевна, запомнила слово-то! Креатив, как есть. А потом они все в эту бандуру залезли, да окошки пооткрывали, да рожи свои повысовывали. А Хлестаков уж и воротился, только шапку какую-то треугольную одел, да сзади этой бандуры-то и встал, как статуя. И к чему оно, не знаю. Но актеры, бедные, так устали три часа то без передыху играть, да и заложили уж порядком, они там все бутылками гремели, так, как спектакля закончилась, все на сцену то и повалились мертвецки! Я так и обмерла. Но потом, слава те Господи, поднялись, живые! Зрители обрадовались, с мест повставали, хлопают. Ну это, кто остался, после антракта-то многие поуходили, у кого дела, народ занятой, в городе-то. Ну и я похлопала, актеры-то молодцы, старались.
Х: Да, Патрикеевна, окультурилась ты, значит...
П: Ох, окультурилась, кума. Так окультурилась, что до гроба хватит. Пойду, перцовый пластырь на кобчик-то наклею, може отпустит. Да, кума, не понять нам, старым, современное искусство-то...
Х: Ох, не понять, кума, это ты права, куда уж нам. Бывай здорова!

@темы: рецензии (спектакли)

16:38 

"В открытом море": я не люблю, когда "едят" людей

Когда-нибудь, в серую краску уставясь взглядом, ты узнаешь себя, и серую краску рядом. Вася Обломов
18 мая была на премьере спектакля Молодежного театра "В открытом море" в постановке Лины Занозиной.
Собственно, интриги особой не было, поскольку накануне прочла одноименную пьесу Славомира Мрожека. Ввиду сгущающихся над предстоящей премьерой туч (в прессе увидела какие-то странные намеки - "актеры выглядят неуверенно" и "продлят ли контракт режиссера еще на год?"), была такая предательская мыслишка - текст уж больно хорош, и вряд ли постановка сможет сильно его испортить. Но постановка не только не испортила, постановка передала все то, что в тексте было и добавила даже немного своего. Не скажу, что я увидела откровение, но отличную профессиональную работу с мощной игрой актеров - да, увидела.
Посмотрев "В открытом море" я испытала все те же чувства, что и при прочтении пьесы - очень неоднозначные, веселье напополам с грустью и болью, ибо за маской комедии абсурда скрывается очень горькая и неоспоримая истина: все люди делятся на тех, кто "ест", и тех, кого "едят", и какой бы "всеобщей справедливости" мы не жаждали, в открытом море жизни она теряется - сильные жрут слабых, причем даже не в открытую, не в честном бою, а манипулируя окружающими так искусно, что те сами проникаются желанием быть съеденными, слабые же, в свою очередь, либо мнят себя сильными и проигрывают, либо становятся прислужниками сильных, тем самым лишь оттянув неизбежный конец - после того, как сожрут самых беззащитных, наступит и их черед.
Комедия абсурда, на мой взгляд, при всей своей нарочитой простоте, жанр довольно трудный для восприятия и не всем он близок. На сцене разворачивается словно ребяческая игра - трое джентльменов на плоту в открытом море взялись решать, кто же из них троих должен быть съеден. После неудачи со жребием начинается игра в политику, которая заводит их уже весьма далеко, но не решает проблему. Когда же и "парламентаризм изжил себя", герои обращаются к поиску справедливости. Впрочем, жертва уже давно наметилась - Малый - и "справедливость" очень быстро подстраивается под нужды коллектива. В конце Малый, испробовав уже все уловки и потерпев окончательный провал, "прозревает", согласившись быть съеденным во имя самопожертвования. Телятина с горошком вдруг отыскались и в самопожертвовании уже нет нужды, но герой "уже счастлив" своим выбором, остается только разложить его на столе, приправив горошком.
Уже читая пьесу, у меня возникло острое желание увидеть, как она будет сыграна актерами на сцене. Актерская игра здесь решает все и наши актеры, как мне кажется, возможно, немного осторожничая, не с полной самоотдачей, но все же с основной задачей справились, доказав свой величайший профессионализм. Уже после спектакля я несколько дней мучилась собственным зрительским выбором - кто же из них троих был лучше всех? Шикарный Алексей Алексеев в образе Толстого - самый яркий персонаж, сразу же определившийся как лидер, манипулятор, ведущий хитрую игру, внешне обаятельный, но очень быстро почуявший кровь и вошедший уже в такой азарт, что приказывает собственному слуге утонуть, дабы не скомпрометировать себя. Иван Чиров - Средний - простоватый и циничный, напористый и агрессивный, быстро примкнувший к Толстому, исполнитель, готовый взять в руки нож. Дмитрий Морщаков - один из самых любимых моих актеров - Малый, интеллигент и кажется мягче остальных, хотя, по сути, все трое - одинаково не хотят быть съеденными, хитрят, стараясь выставить себя в правильном свете, ввести в заблуждение и использовать друг друга. Я пришла к выводу, что сравнивать их невозможно - все трое абсолютно разные, все трое четко и выверяя каждое слово играют свою роль, все трое - замечательны в своих образах, невозможно определить лучшего, все трое прекрасны. Хотя образы, конечно, непростые. Зритель видит довольно приземленных, мало приятных персонажей, в чем-то, возможно, похожих на него самого. Положительными героями можно назвать Почтальона и Лакея, которые появляются пьесе лишь эпизодически и в итоге бросают "спасительный" плот, предпочтя утонуть в море. Лакей в исполнении заслуженного артиста России Владимира Щербакова просто потряс - величайший талант всего в нескольких предложениях показать настолько проникновенный и трогательный образ. Почтальон же вызвал недоумение - молоденький мальчик, говорящий наигранно и манерно, явно проигрывал трем ведущим актерам. Не скажу, что этот образ испортил мне впечатление, но все же выбор режиссера в данном случае мне не понятен. Однако, возвращаясь к трем главным образам - Толстого, Среднего и Малого - не каждому зрителю такие неоднозначные герои придутся по душе, но именно в них, на мой взгляд, и состоит ценность пьесы. Мы привыкли видеть традиционное добро и зло, и героев, его олицетворяющих, но видеть то, что очень часто имеет место в реальной жизни, нам не очень-то приятно. Абсурд "В открытом море" заставляет зрителя провести параллели с реальной жизнью, задумавшись о современных реалиях не только борьбы за власть, но и о близком каждому нравственном выборе и собственном положении в обществе - ведь каждый из нас, так или иначе, выбирает себе роль - "есть" самому, примкнуть к "едоку", быть "съеденным" или же отстраниться от борьбы, покинув плот. Лично мне импонирует последнее.
Очень забавной была игра со зрителями в сцене предвыборной компании. Выслушивая каждого кандидата, двое других садились в зал. Вместо разворачивания транспаранта, как было в оригинале, актеры предложили зрителям скандировать "Мы хотим есть!". Кто-то поддержал, кто-то - нет, но мне показалось, что такие приемы людям понравились - зал смеялся и аплодировал. В конце спектакля герой Дмитрия Морщакова также вступил в дискуссию с сидящей рядом зрительницей - "Хочется есть, не правда ли?" - "Да, как-то немножко..." - смущенно ответила женщина, потом она, наверное, со смехом будет вспоминать этот момент. Я люблю, когда актеры так активно взаимодействуют со зрителями, а в контексте данной пьесы это было вполне уместно.
Как и в "Вечном споре", у "В открытом море" очень стильное цветовое решение - черно-белые цвета во всем от элегантных костюмов главных героев до сочетания - черный пол - белый плот (напоминающая большую скатерть - ведь именно на ней и разворачивается настоящая "еда") - черный сундук - белая "малая" скатерть. Яркий наряд лакея разбавляет монохромную гамму. Имитация воды вокруг плота, на мой взгляд, была бы излишней - жанр того не требует и решение просто расположить по углам плота два таза с настоящей водой - вполне рациональная и довольно забавная, особенно когда дело доходит до мытья ног :). Расположение зрительских мест, как писали в прессе, похоже на расположение за столом. У нас были шикарные места прямо по центру. Впереди оставалось одно пустое место - кто-то не пришел - решили мы, но оказалось, это место для актера :).
Лина Занозина дополнила оригинальную пьесу двумя сценами - первой, открывающей спектакль, и последней, его завершающей. Мне очень понравились они обе. В первой сцене, в которой нет слов, зрители сразу получают представление о героях. Когда они сидят втроем на сундуке и читают газеты - это вообще кадр для фильма, очень красиво. Приступая к еде они по-разному молятся - Малый - искренне, Толстый пытается договорится с Богом, Средний молиться не хочет вообще, ему быстрее покушать. По-разному моют посуду, причем моют только Малый и Средний, а Толстый берет на себя обязанность по проверке чистоты тарелок.
О финале пьесы следует сказать отдельно. Я вообще считаю финал показательным, так как это самое трудное, если получился финал, значит, получилось и все произведение и оно заслуживает того, чтобы быть прочитанным/увиденным/услышанным. У пьесы "В открытом море" получилось оба финала - и оригинальный, по пьесе - это пронзительная, блистательная сцена, когда Малый повторяет "Именно поэтому...", а Средний уже заносит над ним нож. Хотела бы запечатлеть её на фото. Но действие продолжается - Малый сидит в зале, наблюдая со стороны, как его "поедают" бывшие товарищи. Теперь их осталось двое и скоро они снова проголодаются. Все повторится и палач сам превратится в жертву. Отличный финал, на мой взгляд, очень верная мысль.
Спектакль длился всего час - сама пьеса очень короткая. Услышала мнение от зрителя - "как-то очень мало идет спектакль", честно говоря, удивилась. Краткость, как говорится, сестра таланта. Я очень люблю такие короткие произведения в которых заложено так много смысла. Чтобы написать подобную вещь, нужен большой талант, который встречается нечасто. Гораздо приятнее, просидев всего один час, получить море удовольствия, чем сидеть два часа и мучится от скуки, наблюдая за неспешно развивающимся действием.
В целом я получила очень приятные впечатления и мои ожидания совпали с увиденным. Порадовали и интересные режиссерские находки, сценография и музыка, и, прежде всего, наши замечательные актеры. К сожалению, думаю, далеко не все зрители примут эту пьесу - кто-то посчитает её несерьезной и непонятной, может быть, и очень жаль, если так - вещь вполне достойная.


Сегодня прочитала на "Живой Кубани", что Лина Александровна Занозина уходит из Молодежного театра. Я смотрела два её спектакля - "Вечный спор" и "В открытом море". По этим постановкам видно, что режиссеру импонирует комедия, ирония, но со смыслом и внутренней горечью. Постановки довольно необычные, но они вполне укладываются в моё представление о репертуаре театра для интеллектуального зрителя. Можно было бы поставить что-нибудь простое из классики, беспройгрышное, но режиссер не захотела идти легким путем, она придумывает, ищет что-то необычное, интересное. Принимать или не принимать, конечно, дело зрителя. Лично я её спектакли приняла. Мне очень нравятся старые постановки, но мне нравятся и новые, я хочу, чтобы театр был разным, менялся, просто потому, что ничего вечного не бывает. И спектакли Занозиной вполне вписывались в мои представления о современной Молодежке. У каждого режиссера свое видение, сравнивать его с другими - бессмысленно. Человек приехал издалека с желанием работать, человек далеко не бездарный, со своим видением, желанием ставить то, что ей интересно, что бывает далеко не всегда. Факт же остается в том, что Молодежный театр опять теряет главного режиссера. Хороший аппетит руководства наших театров уже известен далеко за пределами нашего города. Если ничего не изменится, то в скором времени выбирать нового главного режиссера будет уже не из кого и финал "В открытом море" может оказаться для наших театров пророческим...

@темы: рецензии (спектакли)

11:10 

Спектакль любительского театра "Образ" "Звенящий стон"

Когда-нибудь, в серую краску уставясь взглядом, ты узнаешь себя, и серую краску рядом. Вася Обломов
Я побывала на спектакле любительского театра "Образ". Спектакль поставлен по рассказу Чехова "Ведьма", а называется он "Звенящий стон".
Надо сказать, что актеры-любители своим мастерством не уступили профессионалам, а где-то, мне кажется, и превзошли их.
Сюжет рассказа вроде бы прост. Дьячок Савелий живет бедно и уединенно со своей супругой Раисой, молодой и красивой женщиной, которая вынуждена была выйти за него после смерти своего отца, чтобы не потерять место дьячихи. Савелий, глупый и, к тому же, ревнивый, обвиняет жену в ведьмовстве, считая, что она "ворожит" и поэтому начинается непогода во время которой в их глухую местность заезжают люди, да ладно бы старые и страшные, а то - сплошь красивые молодые мужчины, которые радуют своей компанией скучающую Раису. События описанного в рассказе вечера не стали исключением - в метель на избушку набредает заблудившийся почтовый экипаж. Почтальон - видный мужчина и у Раисы сразу загораются глаза, но Савелий не намерен допустить их сближение и заставляет почтальона уехать, сам провожает его экипаж до поезда. Оставшись одна, Раиса впадает в ярость и отчаяние от осознания того, насколько убога её жизнь, в которой муж лишил её и этой последней радости - изредка встречать заезжих гостей. Вернувшийся Савелий видит уже успокоившуюся, спящую супругу и в нем вдруг просыпается желание. Но в ответ на ухаживание Раиса бьет ненавистного дьячка локтем в переносицу и тот остается ни с чем, продолжая страдать. Так странно заканчивается этот маленький жизненный эпизод, который побуждает на самом деле ко многим размышлениям - как вообще относится к этим героям, заслуживает ли Раиса порицания или, напротив, сочувствия? Как часто, стесненные некоторыми, самыми разными обстоятельствами, мы ищем радость к каких-нибудь редких событиях, и насколько велико горе, когда и этой короткой радости нас лишают - мне чувства героини были очень близки. Но, с другой стороны, не испытала я неприязни к невежественному Савелию, поскольку и он по-своему несчастен - жена его не любит, а его ревность только раздражает её еще больше. Герой, как собака на сене, отвадив соперников, не может и сам получить желанную женщину, остается только с досады плюнуть и обозвать её ведьмой.
В рассказе Чехова чувствуется много иронии, есть она и в спектакле "Звенящий стон", но если у автора ирония все-таки перевешивает драму, то в спектакле - наоброт, события приобретают более лиричный, душевный, мелодраматический характер.
Постановка театра "Образ" состоялась в обычном кабинете - половину его заняла сцена, на второй половине сидели зрители. Кстати, декорация сразу показалась мне какой-то грязноватой и неряшливой - стены завешаны черным полотном, на котором наклеенное окно дает понять, что действие происходит в деревянной избе, большая кровать, стол, табурет, толстая свеча. Свет был установлен на полу таким образом, что казалось, будто это свет от этой самой свечи. Потом из рассказа я поняла, что обстановка в доме дьячка действительно такой и была - "всё, не исключая и только что вышедшего Савелия, было донельзя грязно, засалено, закопчено, так что было странно видеть среди такой обстановки белую шею и тонкую, нежную кожу женщины". Режиссеру, Ивану Коваленко, удалось добиться большой точности в отражении атмосферы - грязная изба, холодная зимняя ночь, за окном - метель, комната освещается лишь тусклым светом свечи. Даже и не припомню, когда, смотря профессиональные спектакли, я настолько проникалась атмосферой, созданной на сцене, мне даже стало холодно, как зимой.
Особого внимания заслживают актеры. Раису сыграла Полина Гвоздева, которая после спектакля получила диплом об окончании школы актерского мастерства "Образ". Полина очень похожа на свою героиню - белая кожа, красивые округлые формы, толстая коса, лицо простое и приятное - типичная русская красота. Рыжие волосы и пронзительный взгляд раскосых глаз придают актрисе некоторую демоничность. Играет Гвоздева хорошо, достоверно. Отметила также её хорошо поставленный голос, что не всегда бывает даже у актеров профессионального театра. Но Андрей Сиянов, сыгравший Савелия, меня просто поразил. Очень яркая внешность (не важно, что не совсем соотвествует описанию) - типичный священник на Руси - худощавый, длинные волосы, борода, лицо - словно вылепленная из воска маска аскета. Одет в грязную рясу. Голос - насмешливый, ноющий, дребезжащий отражает характер героя так же точно, как и его внешность. Герой чем-то напомнил Мамонова в "Острове" - несколько чудаковат, пучит глаза, иронично кривляется, когда доказывает жене, что она ведьма. Александр Михайлов играет почтальона, внешность тоже не совсем соответсвует оригиналу, но и тут это не важно - получился достоверный образ уставшего крепкого мужчины, которого вдруг потянуло к красивой женщине.
Постановка мне понравилась. Без излишних придумок, но в то же время работа интересная и творческая. В спектакле много пауз, когда актеры просто что-то делают, смотрят друг на друга. Прекрасная сцена в конце, когда Савелий лежит рядом с женой и начинает прикасаться к ней - сначала кладет руку на плечо, потом рука медленно движется до бедра, потом опять поднимается вверх. Раиса лежит лицом к зрителям, Савелий выглядывает за ней - Сиянов отлично обыграл эту сцену. Такие паузы не заставляют скучать, а наоборот привлекают внимание, в игре актеров чувствуется достоверность. Очень пронзительная сцена, где Раиса впадает в ярость и рвет подушку - из-под белой грязной наволочки вдруг возникает ярко красная подушка, как прорывается страстное женское сердце сквозь оболочку примерной жены. Савелий же потом аккуратно засовывает подушку обратно в наволочку - символично. Подборка музыки к спектаклю довольно интересна. Особенно понравился трек, звучащий в последней сцене - красивые песнопения, что-то похожее на церковное или народное. Под эту музыку страдающий Савелий, получив по переносице и покинув ложе, садится за стол и с тоскою смотрит вдаль. У Чехова конец получился смешной и житейский - "Боль в переносице скоро прошла, но пытка всё еще продолжалась", в "Звенящем стоне" же лирический конец - смотря на лицо Савелия, хочется не столько смеяться, сколько подумать и погрустить.
Во время спектакля был смешной момент - одна из зрительниц оставила маленького ребенка в коляске в коридоре, расчитывая, вероятно, что за час ребенок не проснется, но увы, он проснулся и стал так орать, что кто-то из коридора подошел и сообщил об этом. Актриса не растерялась, обратилась в зал - "там в метели ребенок плачет, кто-то оставил, как же так можно". Сиянов и вовсе не вышел из образа, продолжая сидеть на кровати и таращить глаза, почтальон продолжал спать у "печки". Зрительница сразу выбежала в коридор, народ посмеялся немного и спектакль продолжился, актеры достойно вышли из положения.
В общем, познакомилась я и с нашим любительским театром и осталась под большим впечатлением. Хотелось бы попасть и на другие их спектакли, надеюсь, они еще будут. В виду того, какая чехарда творится сейчас в наших профессиональных театрах - "Образ" представляется таким островком спокойствия, далеким от закулисных интриг и сосредоточенном на красоте искусства.

@темы: рецензии (спектакли)

11:38 

Разочарование и злословие

Когда-нибудь, в серую краску уставясь взглядом, ты узнаешь себя, и серую краску рядом. Вася Обломов
Недавно пошла на "дипломный" спектакль школы-студии любительского театра "Образ". По наивности, ожидала увидеть спектакль, если не на уровне "Звенящего стона", то хотя бы качественную работу. Честно скажу, от увиденного была просто в шоке.
Спектакль по роману "Мы" Замятина проходил в аудитории общежития нашего Университета Культуры. Людей собралось довольно много, даже места не всем хватило. Аудитория была прямоугольной и ряды стульев шли по меньшей стороне прямоугольника, поэтому было много рядов, а так как они все на одном уровне - сидя на заднем ряду разглядеть хоть что-то было весьма проблематично. Перед спектаклем попросили закрыть все окна и закрыли входную дверь. Сплит в аудитории был, но он не работал. Люди сзади просто задыхались от жары. Благо, спектакль длился всего 45 минут, а то мы бы все сварились. К слову, подобных проблем не было на "Звенящем стоне". Тот спектакль проходил в другом месте, но аудитория была такая, что расположили всего три длинных ряда стульев. Я сидела на втором ряду, видно было, конечно, хуже, чем на первом, но нормально, да и "сцена" была очень близко к зрительским местам. Сплит же включили еще до начала спектакля, и спрашивали зрителей - как вам, не жарко, не холодно? Т.е. грамотная организация представления была налицо. Здесь же налицо было всякое её отсутствие. Когда все расселись, вышел режиссер постановки, не помню, как его звали, но он не произвел на меня никакого приятного впечатления - говорил как-то пафосно и с таким презрением, как будто он - столичный гений, вынужденный метать свой драгоценный бисер перед тупой провинциальной толпой - "называйте, как хотите", "отнимем мы у вас только 60 минут" и прочие фразочки, смысл которых сводится к тому, что "сейчас вы увидите офигенное представление, квинтессенцию моего недюжинного таланта, так что радуйтесь тому, как вам повезло, чернь, приготовьтесь обалдеть и рукоплескать мне, любимому". Мне это сразу не понравилось, но то, что последовало за его многообещающими словами - было полной неожиданностью. 10 молодых людей, многие из них студенческого где-то возраста, представляющие из себя группу под названием "Каша из топора" не умеют играть вообще. Я помню, как в школе мы ставили разные сценки на праздниках, играли в КВН и прочее. Так вот, мы делали это, пожалуй, даже получше, ну, пусть на таком же уровне, какой продемонстрировали выпускники группы "Каша из топора". Но эти детки заплатили 27 штук за 9 месяцев обучения. Ради чего? Точно на таком же уровне они могли бы "сыграть" безо всякого обучения и траты денег. Поразило же то, что, как у такой организации, называющей себя театральной школой, хватает совести "обучать" этих детей, стричь с них бабки и при этом еще и внушать, ну, ладно, им самим, но еще и окружающим, что эти детки стали великими актерами? Режиссер спектакля видел же невооруженным взглядом их уровень. Сыграли бы только для себя, ну, пригласили бы пару друзей, которые в любом случае скажут, что это было гениально. Но зачем было позорится - звать всех желающих? Там были какие-то старушки, женщины с маленькими детьми, мы с подругой, в конце концов. Я разрекламировала друзьям - играют на уровне профессионалов, замечательные ребята. И вот какая оказия. Гнать эту школу, разводящую наивных деток на бабки, поганой метлой из нашего города!
Что же касается "Звенящего стона", то в этом случае, вероятно, собрались талантливые люди, которым. возможно, обучение в этой школе, если и не особо помогло, то никак не навредило. Впрочем, за билет они сняли 100 рэ, а "Каша из топора" играла бесплатно, что тоже показательно. Да за такой "спектакль" им бы следовало еще и приплатить своим зрителям.
Но, я как-то расстроилась, написала им в контакт пару "ласковых", и больше следить за их творчеством не хочу. Поскольку не люблю такой вот непорядочности, тем более по отношению к явно не окрепшим умам.
Что же касается Замятина, то сейчас роман "Мы" удивительно актуален, посему найду время и обязательно его перечитаю. Режиссер этого спектакля имеет амбиции, но, видя уровень своей "труппы", ему следовало бы подобрать для них репертуар попроще - какую-нибудь веселую комедию, например. Вот в Драме была премьера "За двумя зайцами" все того же Горбаня, как оказалось (а я как чувствовала, вот ведь любитель стриптиза, ему бы ставить представления для злачных заведений, коих у нас в городе хватает - вот имел бы успех мужик), ну и сделали бы что-то подобное, и сами бы справились - тут гамлетовская игра не нужна, и случайно пришлый на спектакль народ бы повеселили. А эта постановка, кстати, в некоторых местах она не лишена была оригинальности, однако "талантливые" детки напрочь убили все восприятие, никак не подходит под спектакль любительского театра, о чем пафосному режиссеру стоило бы подумать.
Короче, дети, лучше обходите школу-студию "Образ" стороной, сэкономьте бабло своих обеспеченных родителей. Они, родители, вас все-таки любят - вы скажете, что в вас умирает великий актер, а они еще и поверят.

@темы: рецензии (спектакли), театр

11:44 

"Поминальная молитва" в Драме

Когда-нибудь, в серую краску уставясь взглядом, ты узнаешь себя, и серую краску рядом. Вася Обломов
Сходила на премьеру нашего драмтеатра - "Поминальную молитву" по Горину.
Вообще я сторонник экспериментов и поисков нового, но в нашем театре, как мне кажется, за последние годы экспериментов было слишком много: голый Гамлет, парящий под потолком, балаганщина, стриптиз... То, что Огарев начинал как эксперимент и новаторство, продолжилось безвкусицей и сумбуром на сцене. Зрители устали. Это стало понятно, когда мы аплодировали стоя после окончания "Поминальной молитвы". Стоял весь зал. Зрители соскучились по старым добрым классическим постановкам. Пусть спектакль не новый, пусть еще в 1993 году его уже ставил "Ленком", но сейчас, в положении нашего театра, как же легло на сердце это хорошо забытое старое.
Григорий Горин великолепно адаптировал повести Шолом-Алейхема. Текст "Поминальной молитвы" просто выдающийся, будем говорить честно, не зависимо от нюансов каждой режиссерской постановки. Один раз посмотрев спектакль, запоминаешь целые диалоги буквально дословно. Каждую сцену хочется смаковать, проигрывать в уме еще и еще раз. Я нашла в Интернете и посмотрела "Ленкомовский" вариант. Текст практически одинаков. Наши чуть подсократили, хотя и убрали очень важное пояснение, которое давал Леонов в самом начале спектакля - почему название - "Поминальная молитва". Потому, что Шолом-Алейхем просил близких и друзей прочесть над его могилой поминальную молитву, но не горевать, а выбрать самый веселое из его произведений, и зачитать его. Спектакль таким и получился, трагикомичным, смех, потом слезы. "Ленком" закончил его молитвой, наша версия решила остановиться на завершающей шутке, более мажорной ноте. Как ни странно, но наш спектакль, в постановке иркутского режиссера Геннадия Шапошникова, понравился мне больше "Ленкомовского". Захаров - эксцентрик, через все его произведения, в той или иной степени, проходит некое шутовство и вульгарность, в хорошем смысле слова, но в "Поминальной молитве" мне эти оттенки показались лишними. Актеры нашего театра сыграли более интеллигентно, классически. Тевье в исполнении Анатолия Горгуля получился более достоверным, более "еврейским". Леонов, конечно, замечательный, но он полный, добрый, мягкий. Трудно поверить, что бедный молочник с пятью дочерьми, который каждый день вынужден переть крынки с молоком в гору на собственном горбу, потому что лошадь уже стара и не в силах сама тащить в гору телегу, выглядит таким упитанным и округлым. Но дело здесь не только в физических данных. Горгуль, кстати, играющий старого еврея в еще одном нашем спектакле "В тени виноградника", создал более яркий образ, саркастичный, самоироничный. На Тевье держится спектакль, это сильная, ведущая роль, и Горгуль мастерски притягивает внимание зрителя. Великолепно сыграла жену Тевье, Голду, Наталья Арсентьева - без излишней эксцентрики. У "Ленкома" получилась такая деревенская баба, Арсентьева же изображает более мудрую и сильную женщину. Еще один образ, на мой взгляд, получившийся намного выигрышнее "Ленкомовского", это Степан в исполнении Александра Катунова. Я вообще очень люблю этого актера. И в эту маленькую, в общем-то, роль он вкладывает столько души, столько трагизма в том эпизоде, где Степан фактически признается Голде в любви. И сцена эта становится чуть ли не самой важной и душетрепещущей во всем спектакле - мы, старики, в свое время побоялись идти против устоев, но они, молодые, может быть смогут, они смелее, отважнее нас, у них получится.
Отдельно следует отметить сценографию, музыкальное сопровождение и танцы. Наш спектакль получился более ярким. На сцене все простое, деревянное, но свет подан так, что буквально золотом отливает старая телега, стоящая в центре. Отличное решение - вертящийся круг, в котором есть два паза - в них вставляются колеса телеги. В конце, когда евреи готовятся к переезду, круг становится вертикально, но телега продолжает стоять на нем, не падает. Этот эффект, а также опускающиеся и поднимающиеся полупрозрачные "треугольники", имитирующие стены домов, создают ощущение легкости и мимолетности времени. Жизнь еврейской деревни вообще и семьи Тевье в частности постоянно меняется - разъезжаются дочери, умирает мать, теперь вот выселяют всю деревню. Но люди продолжают жить, даже тогда, когда это кажется почти невозможным, как висящая в воздухе телега, держатся из последних сил, а на себе еще и скраб свой тащат, котой герои все взваливали и взваливали на верх этой телеги.
Великолепно поставлены свадебные танцы, очень оригинален танец с бутылочками, которые мужчины евреи ставили на головы. Вообще празднеству в спектакле отведена особая роль, ведь наш местный зритель любит танцы и песни на сцене, однако не почувствовала я никакой балаганщины и никакого перебора с ощущением праздника. Все было поставлено красиво и органично. Может, это и банальное решение, решение в угоду зрителю, но ведь театр наш и работает для массового зрителя и не может не учитывать общих предпочтений. Очень понравился скрипач на сцене, может, ошибаюсь, но показалось, что играл вживую. Если так, то очень правильно это было сделано.
Ну и напоследок скажу про общую идею постановки "Поминальной молитвы". В 1993 году, когда спектакль этот впервые поставил "Ленком", сюжет был удивительно созвучен времени - тоже смутное время, тоже нищета, тоже начинают происходить коренные изменения во всем государстве, и в обществе прорастают идеи о правах и свободах, тоже меняется конституция. Ощущение подвешенности в воздухе, изменчивости, тоже непонятно, куда идти и, главное, зачем. Все наше общество тогда походило на этих бедных евреев, которые выворачиваются из последних сил, но государственная машина их все давит и давит, все подкладывает и подкладывает очередную свинью. Сейчас у нас вроде бы "стабильность", однако и в наши дни спектакль по-прежнему актуален уже по другой причине - обостренной межнациональной вражды. Не важно, что вражда эта, по большей части, спровоцирована государственной пропагандой (моё личное мнение), а не историческими и социальными объективными факторами. Главное, что наш (и их) народ, как баран, ведется на грубые политтехнологии и, подобно русскому мужику в спектакле "Поминальная молитва", подзуживаемый агрессивно-прогрессивной дамочкой в очках, хоть и без особого желания, а потому, что "так надо", выходит бить неугодных по нац. признаку. Затронуть сейчас подобную проблему - решение злободневное и очень, на мой взгляд, правильное, потому что "Поминальная молитва", сама суть и характер этого спектакля, разрушает обостренное нынче чувство национализма и доказывает зрителю, что все мы равны, и евреи, и украинцы, и русские. Все мы одинаково живем, все мы одинаково страдаем. И, может, пора уже посмотреть со стороны не на тех, которые не такие, как мы, а на самих себя, и понять, что беды наши проистекают от того, что находится внутри нас самих.
В нашем Драмтеатре явно идут положительные подвижки - сменился, наконец, директор, и выбор премьерного спектакля говорит о том, что это организационное решение было абсолютно правильным. Однако, печально, но главного режиссера, того, кто мог бы повести нашу замечательную труппу за собой, пока так и нет. Зрителю остается только, подобно героям Шолом-Алейхема, надеяться на лучшее и радоваться светлым моментам даже когда наступает беспросветная тьма. Один из таких светлых моментов в судьбе нашего театра - появление спектакля "Поминальная молитва".

@темы: рецензии (спектакли)

00:25 

"Куколка" Молодежного театра

Когда-нибудь, в серую краску уставясь взглядом, ты узнаешь себя, и серую краску рядом. Вася Обломов
В "Премьере" прошел спектакль "Молодежки" "Куколка". Эта постановка была второй по счету работой Ларисы Малеванной с нашим театром. Материал, конечно, полегче, чем "Вечный муж" - в основе роман Аверченко "Шутка мецената". Однако, если "Чудики" - полный махровый соц. реализм, а "Вечный муж" - абсолютный психологизм, тонкая тропка между сном и реальностью, то "Куколка" - нечто среднее, вроде и житейская история, и даже комедия, но в то же время и странная игра ума, неожиданный психологический выверт.
Подобные спектакли можно и нужно пересматривать - с каждым разом замечаешь все больше, все глубже погружаешься в суть. Уже зная интригу, внимательнее вслушиваешься в диалоги и монологи, ловишь новый смысл, не отвлекаясь на мелочи. Постановка, конечно, замечательная. Все очень камерно - одни декорации на весь спектакль - одна комната. Где нужна другая локация, просто затемняется глубь сцены, и такое упрощение совершенно не коробит - все внимание зрителя направлено на актеров, и только на актеров. Драматургия великолепна, идеально прорисован каждый персонаж, все на своем месте, ни одного лишнего слова и даже жеста. Герои много говорят, но лишь совсем невнимательный зритель решит, что говорят они не всегда по делу, нет, пройдет время, и все ниточки сойдутся, все ружья в нужный момент выстрелят. Вообще в "Куколке" каждый персонаж идеально срастается с актером и трудно даже представить, как бы сыграл поэта Шелковникова кто-то кроме Дмитрия Крамаря, Мотылька - кто-то кроме Алексея Алексеева, Принцессу - не Людмила Дорошева. Даже маленькая роль няньки в исполнении Натальи Денисовой так шикарна, что без этой вечно ворчащей сварливой старушки спектакль просто невозможно представить! Единственное, от чего я бы здесь отказалась, так это от песен. Понятно, что актеры "Молодежки" прекрасно поют и режиссеру хотелось в очередной раз продемонстрировать их умения, но, все же, "Куколка", на мой взгляд, спектакль чисто разговорный, и музыкальные номера в нем выглядят лишне, не совсем к месту. Но это, впрочем, мелочь по сравнению с бесспорными общими достоинствами постановки. Движения, пластика, музыка - все гармонично и точно отражает характер истории.
Итак, кто же он, этот Куколка? Невинный агнец или главный злодей в этой истории? Поразительно, но и то, и другое. Валентин Шелковников - это идеальный государственный чиновник. С одной стороны, глуповат и простодушен, а значит, легковнушаем, своих не подсидит, а в случае чего, на него же можно и всю ответственность повесить, с другой стороны - целеустремлен и в меру честолюбив, поэтому имеет цель подняться в карьере повыше. Таких любят и, как правило, с удовольствием повышают в должности до определенного момента, а потом также легко делают козлами отпущения. Но в случае с Валентином, с легкой руки няньки прозванного Куколкой, скромный паренек, возможно, так бы и пописывал стишки в безызвестности, если бы не вмешался в его судьбу Меценат, со скуки ищущий очередное развлечение. Всесильный Меценат и его компания быстро превращаются из кукловодов в беспомощных марионеток, точно также, как быстро превратилась в марионеток советская интеллигенция, выполнив свою роль в осуществлении революции. Поправ мыслящих и талантливых писателей и поэтов, главными редакторами издательств становятся такие вот "куколки" - невежественные и простодушные, но смекалистые и знающие себе цену, готовые не упустить лакомый кусок, тем более, что он сам, с подачи тех же бунтующих интеллигентов, демонстративно оставляющих свои посты, идет в рот - не хотите вы заседать и писать то, что партии надо, так мы с удовольствием сядем на ваше место, и напишем, и подмажем, и покажем все, что простому народу требуется. И горячий сердцем Мотылек, и умник Кузя, и благородный парень, шутник и силач Новакович в итоге остаются жестоко обманутыми и проигравшими в игре по собственным правилам. И вовсе не из-за какой бы то ни было низости или коварства Куколки, нет, Валентин - святая простота, искренне верен своим новоявленным друзьям и горячо в них влюблен, а из-за собственной недальновидности и самомнения. Они мнили себя элитой общества, общество же доказало им, какие люди на самом деле нынче в цене. Именно законы нового общества, а не сам Куколка и не забавное стечение обстоятельств обращают шутку Мецената со товарищи против них самих. В завершении спектакля сцена окрашивается красным цветом - это предупреждение - скоро за одним придут десятки, сотни, тысячи "куколок", которые не оставят места для наших героев. Сейчас еще можно сбежать из Петербурга, например, на Волгу, но скоро скрыться от всепожирающей государственной машины будет уже негде.
За маской легкой шутливой комедии проглядывает горькая истина. В дни же сегодняшние, когда у каждого руля вновь стоит послушная власти и невежественная "куколка", спектакль этот становится как никогда актуален.

@темы: рецензии (спектакли), театр

23:38 

"Зимняя сказка" в Молодежном театре: не все пьесы Шекспира одинаково полезны

Когда-нибудь, в серую краску уставясь взглядом, ты узнаешь себя, и серую краску рядом. Вася Обломов
Разрекламированная постановка Даниила Безносова пьесы Уильяма Шекспира "Зимняя сказка", так долго откладываемая из-за ремонта театра, увы, оказалась пшиком. Не буду говорить про неприятные предчувствия, которые у меня были, однако же я справедливо полагала - Шекспира трудно испортить (впрочем, удалось же это Огареву). Проблема же оказалась в том, что налажал в "Зимней сказке" (пьесу я намеренно до просмотра спектакля читать не стала, дабы не портить впечатления, а теперь уже и не стану) сам Шекспир: сюжет пьесы прост и банален, история эта в наши дни выглядит малоинтересной и неактуальной. Режиссер же, в свою очередь, на мой взгляд, не смог "оживить" постановку, предать ей какой-либо новый сакраментальный смысл, сделать её любопытной для современного зрителя. Откровенно говоря, мне вообще трудно понять, какова была идея Безносова и чем обоснован выбор именно этой пьесы Шекспира.
Жанр постановки режиссер определил как "трагикомедия", что предполагает смешение двух этих жанров, однако на деле этого не происходит. Первое действие смотрится как напряженная и болезненная, хоть и сюжетно банальная, драма. Второе - напротив, абсолютный балаган, к сожалению, также не смешной. Персонажи шаблонны и не вызывают никаких эмоций, что удивительно, не смотря на прекрасную игру актеров. Да, актеры наши великолепны, как всегда, и в любой лаже. Но единственный более или менее запоминающийся образ создал только Анатолий Дробязко, да и то, лишь в первом действии, развивая безумие короля. Когда же это безумие молниеносно сменилось раскаянием и герой снова стал "белым и пушистым", хотелось вслед за Станиславским воскликнуть: не верю! Вообще удивляет решение режиссера задействовать многих актеров сразу в двух ролях. Выглядит это не как творческий замысел, а просто как решение в виду малой численности труппы (хотя сама администрация театра считает актерский штат переполненным и новых артистов не набирает). Некоторые двойные роли, мягко говоря, удивляют. Например, один и тот же актер играет принца Сицилии, мальчика, который умирает по ходу действия (по сюжеты пьесы он явно должен быть маленьким ребенком, тем не менее играет его вполне зрелый молодой человек), и принца Богемии, влюбившегося в Утрату, оказавшуюся потерянной принцессой Сицилии. Довольно странно видеть брата и возлюбленного в одном лице.
"Зимняя сказка" вязнет в шаблонности и низкосортной бытовухе: приревновал жену, в гневе погубил её, потом раскаялся, но было поздно, дочку-младенца бросили на произвол судьбы, девочка выросла, воспитанная нищим пастухом, её полюбил принц и т.д. Все это мы читали и слышали тысячи раз, в тысяче оберток, да у того же самого Шекспира можно вспомнить похожие сюжеты. Если в пьесе и было изначально какое-либо двойное дно, то Безносов утопил его окончательно и бесповоротно в рваных метаниях актеров по сцене, в бесконечных мелочах - лужах с плавающими пробками от бутылок с вином, рассыпанных апельсинах, красных стульях, вязаных шарфах и Шекспире, выглядывающем из-под юбки её величества времени. На сцене все вроде бы красиво и экзотично, только вот непонятно - зачем. Если не отвлекаться на яркие костюмы и интересную сценографию (хотя лично мне непонятно, зачем было сажать зрителей с двух сторон - никакого смысла в этом не было, а половину времени зритель, не зависимо от выбранной стороны, лицезреет актерские спины), от спектакля по сути ничего не остается. Актеры стараются, но раскрыться им не на чем - материал слишком прост, а темп повествования слишком быстр - внимание зрителя не успевает заостриться ни на одном герое. Речь актеров часто становится торопливой и невнятной, бывало плохо слышно из-за того, что, вынужденные работать на две стороны, артисты периодически становились боком к зрителям. Музыкальное сопровождение не запоминается, атмосферы не возникает. Поставить же какой-никакой танец во втором действии режиссер также посчитал лишним - актеры, изображающие жителей Богемии, своим видом напоминающих молдаван-хиппи, просто прыгают по сцене как взбесившиеся макаки. Второе действие немного ассоциируется с другим сказочным спектаклем Молодежного театра - "Голым королем". Но, к чести последнего, скажу, что простенький и пошловатый "Голый король" хотя бы местами вызывает приступы хохота. В "Зимней сказке", уж не знаю, Шекспир ли, Безносов ли, или они оба демонстрируют фатальное отсутствие чувства юмора. Ни одной по настоящему смешной шутки. Самый яркий комический образ кривляющегося воришки (в исполнении Александра Киселева, если не ошибаюсь) и тот откровенно слаб, не говоря уже о других персонажах Богемии, которым досталось еще меньше текста. Таким образом, если первое действие хоть как-то затрагивает зрителя драмой, то второе, которое должно бы быть гротескной комедией, в отсутствие оной, не захватывает вовсе, сводя на нет все режиссерские потуги в начале и обесценивая финал.
"Зимняя сказка" - зрелище явно не для интеллектуального зрителя, но и массового, на мой взгляд, оставит равнодушным. Спектакль пролетает мимо сердца и мимо мозга, превращаясь в сумбурную и бессмысленную мыльную оперу. Многостаночник Безносов приехал - поставил - получил бабки - уехал. Далеко не лучшая пьеса Шекспира, далеко не лучший спектакль "Молодежки", которая сейчас, увы, не смотря на шикарные люстры в холле, по-прежнему живет прошлыми успехами. А без постоянной должности направляющего - главного режиссера, репертуар театра будет продолжать пополняться такими вот заезжими халтурками, что меня, как зрителя, совсем не радует.

@темы: рецензии (спектакли)

21:45 

"Один день из жизни города М." Вадима Данцигера: заблудились в собственных чувствах

Когда-нибудь, в серую краску уставясь взглядом, ты узнаешь себя, и серую краску рядом. Вася Обломов
Я была на премьере спектакля "Один день из жизни города М." Вадима Данцигера в нашем театре. Сам же спектакль, если верить "Википедии", Данцигер поставил еще в 2012 году для Владивостокского драмтеатра, т.е. премьерным его назвать трудновато. Ну, так или иначе, наш зритель от Владивостока далек, так что вряд ли кто-то раньше видел эту постановку.
Собственно, о самом спектакле Данцигера с чистой совестью можно было бы и вовсе не писать, однако я, как фанат Достоевского, просто обязана была прочесть повесть "Дядюшкин сон", которую раньше, вероятно, все-таки вообще не читала и ни одной киноэкранизации и театральной постановки (коих существует много) никогда не видела. При всей своей огромной любви к Федору Михайловичу, пожалуй, столь слабых произведений я у него не замечала раньше. Даже рассказ "Вечный муж", поставленный Ларисой Малеванной для нашей "Молодежки", не в пример глубже, необычнее, психологичнее "Дядюшкиного сна", явно раннего произведения, которое правильнее было бы считать лишь пробой пера великого в будущем мастера. Обилие кино и театральных постановок этой простенькой провинциальной интрижки, вообще говоря, удивляет. Возможно, "Дядюшкин сон" прельщает драматургов своей лаконичностью и минимумом локаций - все действие происходит почти в один день почти в одной комнате, легко поставить, сюжет незамысловат, но развивается быстро - нетребовательный зритель особенно не будет скучать. Федор Михайлович, как я считаю, был мастером захватывающего сюжета и мастером остроумия. Даже в самых серьезных его произведениях, таких, как "Преступление и наказание", встречались моменты столь комичные, что я просто ухахатывалась в голос. Не говоря уже о том, что мало какая сцена из любого места в любом произведении великого гения не захватит читателя с первых же предложений так, что уже и не оторвешься. Увы, и трудно поверить, но, вероятно, в период написания "Дядюшкиного сна" два этих мастерства были Федору Михайловичу еще не совсем подвластны. Повесть, при своем небольшом размере, порядком вяловата и затянута, и, называясь "комедией", почти совершенно не смешна. Справедливости ради, стоит отметить, что Данцигеру удалось придать постановке даже больше веселья и комичности, чем чувствуется в оригинальном произведении (может, еще и поэтому любимо оно театральными режиссерами - обыгрывается легко). При этом "Один день из жизни города М." по тексту очень близок к оригиналу, разве что некоторые места несколько сокращены (что, в виду долгих занудных диалогов Федора Михайловича в данном случае даже и неплохо).
История повествует о провинциальной жизни маленького городка Мордасово, где светская дама Марья Александровна Москалева, этакий Макиавелли в юбке, гений манипуляции, плетет интриги, желая выдать свою дочь Зину за старого слабоумного князя, случайно заехавшего в их городишко. Жених Зины, Павел Мозгляков, раскрыв замыслы хитроумной мамаши и не дав окончательно запудрить себе мозги, внушает князю, что предложение, которое тот сделал девушке, было просто сном. Тем временем у Москалевых собираются гости - множество светских дам, алчущих лицезреть очередной скандал и скандал происходит - Марья Александровна объявляет о помолвке, князь говорит, что это было во сне, Зина, не выдержав, признается, что князя облапошили, а Мозгляков признается в своей лжи, в итоге достается и князю, попавшему под горячую руку разгневанных стервозных светских дам. У Достоевского, кстати, в повести замечательный финал (этого финала не было в спектакле), собственно, только по которому и понимаешь, что читаешь все-таки не кого-нибудь, а самого Достоевского. В финале "Дядюшкиного сна" Мозгляков, который долго путешествовал по России и участвовал в какой-то далекой экспедиции, попадает в далекую провинциальную губернию, и на балу у генерал-губернатора вдруг видит Зину, гордую и неприступную, богатую и независимую красавицу - молодую супругу генерал-губернатора. Зина не обращает на Мозглякова внимания, даже по-началу его не узнает. Мозгляков, поговорив с её матерью, становится поотдаль возле колонны, не пьет, не ест и не танцует, а только смотрит издалека на Зину, бывшую свою возлюбленную, точно также, как описывала ему когда-то эту сцену (только если бы Зина вышла за князя) сама Марья Александровна. Простояв так весь вечер (Зине, конечно, было плевать), Мозгляков едет домой, проводит еще день в лихорадке, а потом его отпускает и, совершенно оправившись, он просто уезжает из города дальше по каким-то свои делам. И это конец истории. То есть, вы поняли? Это история не о хитроумных интригах, и не о человеческой низости, и не о том, что "сердцу не прикажешь", и не о злых дураках, и даже не о грязной подноготной светского общества (хоть и сейчас ничего не изменилось и все также в моде у нас развенчание сладкой жизни, называемое "антигламур"). Это история о том, что все проходит. Все эти пауки в банке, они тебе страшны, когда ты вместе с ними в банке. Но если из этой банки вылезти, вокруг совсем другая жизнь. Мозгляков прожил эту свою мечту про затаенную страсть возле колонны, ему это было необходимо, ради себя самого. Он пострадал, переболел и излечился. И ему плевать теперь на то, что мамаша-интриганка таки пристроила свою дочку и что дочка эта ему не досталась. Ему плевать, он просто живет дальше. Этот сон, его сон, Мозглякова, закончился. А ведь многие из нас вечно живут такими вот снами - о богатстве, о славе, о страстной взаимной любви. И умирают, так и оставаясь во сне, так и не прожив толковую жизнь, как бедный князь К.
К сожалению, как и оригинал, спектакль Данцигера получился невнятным - не понятно, что перед нами - комедия или драма. Князя К. дали играть Александру Катунову, после премьеры актер праздновал бенефис. Однако же роль немощного старичка-полудурка не совсем вяжется с великолепными амплуа Катунова, до сих пор играющего на малой сцене Воланда и изображавшего самого Достоевского в постановке открытия Олимпийских игр в Сочи. Режиссер, пытаясь уважить любимца публики, постарался добавить в роль князя К. больше лирики, сделав его не только комичным, но и несколько трогательным, расширив, так сказать, образ. Катунов, привыкший к амплуа героев-любовников, очень проникновенно изображает тоску князя по былой возлюбленной виконтессе, однако, возвращаясь к точному тексту, некрасиво переигрывает и слишком кривляется. Не очень приятно было лицезреть сильного актера в такой несвойственной ему роли. Вообще же актерский состав "Одного дня..." оказался весьма неплох. Великолепно сыграла Марью Александровну Анна Романникова, хорош в роли Мозглякова Михаил Дубовский, достоверно изобразила гордую Зину Евгения Белова. Больше всех отошел от книжного образа Георгий Хадышьян, играющий маленькую роль Афанасия Матвеевича Москалева. В повести это совершенно забитый, буквально унижаемый своею женой, жалкий и глупый человечек. Хадышьяну, конечно, хотелось изобразить что-то более выигрышное и его Афанасий Матвеевич получился, хоть и мягким, но не жалким, а скорее снисходительным, не глупым, а местами даже весьма остроумным. Ничуть не возражаю я против такой интерпретации.
Но есть против чего возразить и возразить категорически. Пошлость, которая уже, казалось бы, въелась в нашу провинциальную драматическую сцену благодаря неснимаемыми с репертуара "Ревизору", "За двумя зайцами" и иже с ними, взрастает неожиданно буйным цветом и в постановке Данцигера. Причем создается впечатление, что вульгарные эксцентричные сцены режиссер специально вставлял в совершенно другой по характеру спектакль, просто "чтобы було" - настолько эти странные куски диссонируют с серьезными диалогами и монологами, с психологическими образами-снами (особенно хороши были девушка в зеркале и сцена дуэли Зины), которыми пронизан спектакль. Мне, честно говоря, такая раздвоенность совершенно не понравилась - либо уж делай полную эксцентрику, либо делай классический спектакль, либо артхаус. Местами, повторюсь, было весело и режиссеру действительно удалось оживить вялый несмешной текст, но проблема-то в том, что "Дядюшкин сон" все-таки в большей степени не походит на комедию, скорее уж на злую, очень злую сатиру. Повторяя довольно точно текст оригинала режиссер вынужден был от эксцентрики переходить сразу к жестким и драматичным диалогам и монологам, а потом и вовсе к эфемерным снам, и зритель заблудился в собственных чувствах - то ли смешно, то ли пошло, то ли трагично, то ли загадочно, то ли... вообще никак. Постановка превратилась в кашу. После просмотра не остается ни послевкусия, ни желания пересмотреть, ни даже поразмыслить над увиденным. Вспоминается только, как выщипывали бедному князю усишки разъяренные светские матроны, да как грела свой зад у печки полковничья жена.
Вот и получается, что хоть и появилась совсем недавно замечательная "Поминальная молитва", да и на "Хануму" до сих пор аншлаги, но все-таки главного режиссера нет, и нет ориентира у театра. Очень хочется верить, что аляповатость, вульгарность и пошлятина следующим ориентиром не станут, и наш драм театр вспомнит былые времена, когда ставили у нас не "Дядюшкин сон", а "Братьев Карамазовых".

@темы: рецензии (спектакли)

00:36 

"Миледи" в Молодежном театре

Когда-нибудь, в серую краску уставясь взглядом, ты узнаешь себя, и серую краску рядом. Вася Обломов
Очень хотелось до конца этого театрального сезона посетить "Молодежку" и, в качестве спектакля, нами еще не виденного, я предложила выбрать "Миледи".
Сразу стоит отметить, что я не фанат творчества Дюма. Да, я читала в детстве, с большим интересом, и "Трех мушкетеров", и все продолжения этого романа. Да, я смотрела и пересматривала с удовольствием советскую экранизацию Юнгвальда-Хилькевича. Но при всем при том, может, возраст тогда еще был неподходящий, воспринимала я "Трех мушкетеров" лишь как легкое приключенческое чтиво, которое местами запомнилось, но глубоко не впечаталось ни в память, ни в сердце.
Так вот, "Миледи" в постановке Михаила Чумаченко, худрука тольяттинского "Колеса", спектакль, который вряд ли придется по душе ярым фанатам классических "Мушкетеров" либо советской эксцентрично-идеализированной их киноинтерпретации. Зато, вполне возможно, заинтересует другую часть зрительской аудитории, для которой Боярский в образе Д'Артаньяна отнюдь не "наше все".
Идея этого спектакля, конечно же, простирается намного дальше простой попытки пофантазировать на тему истории трех мушкетеров и рассказать старую сказочку на новый лад. "Миледи" - это именно альтернативная история (а Эрик-Эмманюэль Шмитт не раз потрясал критиков именно своим альтернативным видением известных исторических событий), по духу она гораздо более сродни циничным, эротичным и психологичным "Опасным связям" (это произведение Шмитт, кстати, тоже в свое время переработал в сценарий мини-сериала для французского ТВ). И в центре этой истории - леди Винтер, её нелегкая судьба, превратившая эту сказочной красоты женщину в коварную бестию, способную уничтожить любого на своем пути.
Чумаченко, как мне кажется, хорошо обработал оригинальную пьесу Шмитта, сделав историю более близкой для русского сердца, оставив иронию и местами некоторую комичность и эксцентричность, навевающую ассоциации с фильмом Юнгвальда-Хилькевича. Однако, этот налет нашей "мушкетеровщины" вовсе не режет глаз и, как ни странно, гармонично сочетается с французской распущенностью и сексуальностью, присущей, полагаю, уже оригинальному произведению Шмитта и, безусловно, отсутствующей в куда более пристойных произведениях Дюма. В трактовке Шмитта Д'Артаньян и Бэкингем - распутники, готовые залезть под каждую юбку, Д'Артаньян спит с Миледи (при том, что любит Констанцию), Бэкингем - почти что спит (при том, что любит королеву), Атос - пьяница, Констанция не верна мужу и ей за это даже не стыдно. И все это выглядит совершенно естественным, вместо набившей оскомину музыкальной сказки зрителю вдруг открывается настоящая жизнь, сложная, сумбурная и несправедливая, прежде всего к главной героине. Людмила Дорошева, моя любимая актриса "Молодежки", самая эффектная и красивая артистка театра, безусловно, единственная подходящая кандидатура на роль Миледи. Но даже в случае единственно правильного выбора актрисы, Дорошева не совсем вытягивает, на мой взгляд, эту роль. Либо так задумано режиссером, потому что в некоторых моментах Миледи слишком мягка, ей очевидно не хватает воли и силы характера, не хватает дьявольщины. Амплуа Дорошевой - женщины более спокойного темперамента, возможно, актрисе трудно перестроиться, а может быть, сам режиссер настоял на том, чтобы сделать Миледи более человечной, вызвать сочувствие зрителя. На мой взгляд, героине это не нужно. Сочувствие она вызывает и так, практически с самого начала спектакля. Это самое удивительное, что было для меня в "Миледи": леди Винтер совершает просто море злодеяний - крадет подвески, потом губит молодого человека и его руками убивает Бэкингема, травит Констанцию, но при этом героине сочувствуешь, её понимаешь буквально в каждом действии, в каждом поступке. Режиссеру удается провести красной линией через весь спектакль осознание того, что ни одно в мире зло не вершится просто так, само по себе. Мы получаем то, что заслуживаем, мы расплачиваемся за чужие грехи своими, забывая о жалости к другим в конечном счете настает момент, когда некому сжалиться и над нами. Почти некому - у Миледи все-таки находится один любящий её человек, готовый вступиться за неё, но, увы, слишком поздно и уничтожение одного зла повлечет за собой рождение нового, куда более страшного (я имею в виду, конечно, Мордаунта). В "Миледи" нет ни одного абсолютно положительного героя, как нет и ни одного абсолютно отрицательного. Человеческие судьбы сталкиваются, переплетаются, одна роковая ошибка влечет за собой новые и трудно уже понять, кто прав, а кто виноват в этой запутанной игре под названием жизнь.
Актеры наши... они всегда хороши. Дмитрий Морщаков - идеальный кардинал Ришелье, хоть сейчас снимай в кино. Из Плужникова получился очень интересный Рошфор, я вообще питаю слабость к этому потрясающему артисту. Невероятно красив и несчастен Александр Теханович в роли Джона Фельтона. Лорд Винтер в исполнении Ивана Чирова истерично жесток - фанатичное желание покарать Миледи превращает положительного героя почти что в главного злодея истории.
Безусловное преимущество спектакля - это шикарные костюмы, от которых буквально не оторвать глаз. Леди Винтер меняет цвет волос - она то брюнетка, то блондинка, она одевается то в белое, то в черное ... тысяча образов и ни одного истинного.
Пожалуй, единственное, чего мне не хватило в постановке Чумаченко, так это режиссерской изюминки. Изложение событий слишком классическое, осторожное (режиссер явно чувствует себя не в своей тарелке в чужом театре). С учетом того, что автор - современник, а сам характер пьесы явно модерновый, немного авангарда спектаклю бы не помешало. Но, имеем то, что имеем и даже в таком линейном виде "Миледи" смотрится вполне достойно. Впрочем, сцену с рыбкой не забудет, я думаю, даже тот зритель, кто пришел в театр случайно, вздремнуть. Как и эротические сплетения голых тел, отраженные в зеркале - ночь любви Д'Артаньяна и Миледи (хоть она и приняла его за другого). На фоне безобразной пошлятины, демонстрирующейся в нашем драмтеатре, эротика в "Миледи" абсолютно уместна и эстетически привлекательна.
При всей разрозненности теперешнего репертуара "Молодежки", эксперименты главного режиссера которой не внушают, пока что, мне особого доверия, "Миледи" смело можно заносить в актив театра. Зрителя нетребовательного спектакль впечатлит красками, фехтованием, динамичным сюжетом, костюмами и... иногда их отсутствием, вдумчивый же зритель увидит историю психологичную и философскую, открывающую поле для размышлений. Аплодируем стоя, на этот раз искренне.

@темы: рецензии (спектакли)

16:03 

"Гедда Габлер" в Молодежном

Когда-нибудь, в серую краску уставясь взглядом, ты узнаешь себя, и серую краску рядом. Вася Обломов
К режиссеру-постановщику Константину Демидову тут только один вопрос, однако, вопрос решающий - товарищ, а почему нельзя было сразу же и сократить спектакль на один час? "Спектакль сыроват" - как-то так, кажется, сказал кто-то из критиков. Так какого фига мы, зрители, должны платить полную стоимость билета за сырую работу, которая еще будет доделываться/переделываться? Нет, серьезно, что мешало сразу же взять пьесу и проработать, сразу же подсократить, что-то изменить... Ведь это же не "Гамлет", в самом-то деле, хоть местные критики и муссировали всякие сравнения на тему "Гедда - женский образ по силе равный Гамлету". Ну, чего не сделаешь ради красного рублика. Объективно же "Гедда Габлер" - весьма банальная по сегодняшним меркам и сильно затянутая пьеса. Во всяком случае, затянута постановка, что её и губит безоговорочно. Из трех часов чистого времени 2,5 часа зритель ерзает на стуле, потеет (потому что в зале к тому же еще и душновато было, знаете ли) и мается, мысленно пытаясь ускорить вялотекущие хождения актеров по комнате, входы и выходы, распитие чая и т.д. и т.п., подсказать реплику, которая уже вертится на языке, ибо сюжет предсказуем настолько, что практически с первой сцены уже все становится ясно. Ну быстрее, быстрее, ради всего святого, ну делайте же уже хоть что-нибудь! В последние минут 20 развязки темп убыстряется, становится интереснее и финал у пьесы, надо признать, вышел достойный. Однако терпеть 2,5 часа ради этих 20 минут я бы не стала, если бы знала заранее, что это предстоит. А ведь режиссеру всего-то и нужно было, что переработать немного и сократить, сократить спектакль примерно на 1 час, убрать все лишнее, добавить темпа - вот и все! И спектакль бы смотрелся. В спектакле прекрасные музыкально-хореографические вставки под норвежскую музыку. Собственно, эти вставки - лучшее, что было в "Гедде Габлер", они выполнены стильно, отлично поставлен свет, интересная хореография, подобрана классная музыка, одна из этих мелодий сейчас крутится в моем портативном плейре - я нашла её в сети. Это большая удача для спектакля, придумать такое вот артхаусное обрамление (не знаю, сам ли режиссер придумал или ему кто помог). Но тем жальче и неказистее на фоне шикарной вкусной вставки смотрится сам вялотекущий спектакль. Нужно было либо полностью сделать арт-хаус (чего мне бы, честно говоря, в данном случае хотелось бы), либо делать уже чистую классику без всяких придумок, но только быстрее, господи, энергичнее, замысловатее, как эта самая скандинавская музычка.
Сюжет "Гедды Габлер", как ни странно, хорошо перекликается с другим, гораздо более талантливым спектаклем "Молодежки", "Куколка". И там, и там образ обеспеченного человека, которому скучно и захотелось поиграться человеческими жизнями. В результате его обыграли и судьба сама посмеялась над ним. В "Куколке" такой человек - меценат, в "Гедде Габлер" - сама Гедда. Вроде бы и там, и там - психологизм, вроде бы и там, и там должно быть интересно. Но нет, "Гедда Габлер" ни интересной, ни особенно психологичной мне не показалась. Разве что воспоминания об отце, его портрет, давлеющий все время над героиней, делают её образ несколько глубже банального образа скучающей по былой роскоши, эгоцентричной и меркантильной дамы. Я бы постеснялась тут в сравнение по глубине ставить Гамлета, честное слово. Что еще сказать? Актеры. Дорошева свою роль не вытянула, у неё получилась все та же Миледи, да и то слишком мягкая. Тут надо было как-то по-другому, по-жестче, по-харизматичнее... Но, увы, в Молодежке только одна актриса годилась как на роль Миледи, так и на роль Гедды. Вот Алексеев мне очень понравился, Чиров вообще умничка - жеские, циничные образы - это его. Гедда в образе Дорошевой, которая, как я считаю, должна была быть ему под стать, конечно, в силе характера ему проиграла. Сценография достойная, очень красиво смотрятся декорации в мягких тонах, спасибо Надежде Осиповой. Вообще видно, что вложились материально, и тем вдвойне обидно за "сырой" спектакль, у которого есть ряд несомненных достоинст, но который все-таки безнадежно потонул в банальности и скуке. Демидову надо набираться опыта. Если арт-хаусные вставки придумал все-таки он сам - то он большой молодец, и перспектива у него есть. Я все про них вспоминаю - эти вставки словно были - одно, а сам спектакль - другое. И эти вставки мне сказали гораздо больше, глубже и понятнее про то, что я потом в спектакле увидела. Словно бы автор этих вставок наступил себе на горло, создав совершенно другим сам спектакль. Ну, или просто это были разные люди... Мне ясно одно, "Гедда Габлер" - проба пера, для полноты картины хотелось бы посмотреть "Событие" - первый наш спектакль Демидова, если, конечно, он останется в репертуаре. Вот по нему, наверное, и станет ясно, есть ли у этого режиссера будущее.

@темы: рецензии (спектакли)

Яна и я

главная